?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Я всегда была ярым сторонником государственной политики скандинавских стран. Хорошая организация труда, замечательная социальная защита населения – это все то, о чем мы можем только мечтать. Впрочем, нечто подобное пытались реализовать в СССР, но, во-первых, полный отказ от частной собственности был большой ошибкой, а, во-вторых, наша природная бесхозяйственность тоже сыграла свою негативную роль. Поэтому при успешной реализации социальной программы (бесплатные медицина и образование, отсутствие безработицы, государственное обеспечение жильем и т.д.) не была реализована экономическая составляющая, и народ жил бедно.
Но, восхищаясь социальной защитой людей в странах северной Европы, я понимаю, что это строится на правильной организации труда и на природной добросовестности людей. Если у нашего народа буквально на генетическом уровне передается позиция «как бы чего получить на авось или своровать, при этом ничего не делая», то у немцев и представителей скандинавских народов есть чувство внутренней ответственности и понимание того, что от добросовестного отношения к труду зависит всеобщее благополучие.
Но, в то же время, европейцы совершают одну очень большую ошибку. Как известно, люди судят по себе. Человек, добросовестно относящийся к труду, имеющий внутренний кодекс чести и уважение к другим, и выросший в среде себе подобных, считает, что и все остальные люди такие же. И вот тут кроется подвох.
Свободомыслие, уважение к чужой позиции и к чужим взглядам могут принести благо, только если действуют в духовно и интеллектуально зрелом обществе. А что происходит, когда свобода предоставляется тем, кто уважает только силу и привык жить в рабстве, но при этом не имеет внутреннего кодекса чести, не уважает других, а также не умеет и не любит работать? Впрочем, чтобы это представить, не нужна богатая фантазия, достаточно просто посмотреть на то, что происходит сейчас во Франции. И это только часть картины, такая проблема есть у всех стран Европы, и у Украины тоже, хотя и в меньше степени. Но Европа упорно молчит, ибо почему-то это выгодно. Правда, не знаю, чем.
Если кратко и грубо описать суть проблемы, то получится следующее: представители бедный азиатских и африканских стран, преимущественно мусульмане, в поисках лучшей жизни массово едут в благополучную и развитую Европу. Они знают, что там можно, ничего специально не делая, пользоваться всеми благами, и при этом не чувствовать себя притеснёнными, ведь там толерантность и уважение к другим культурам являются одной из основных ценностей.
Но европейцы упускают из вида один очень важный момент – для мусульман не существует свободы и уважения к другим культурам. Идея Ислама сводится к тому, что в эту религию должен быть обращен весь мир. Поэтому мусульмане не будут уважать другие религии (даже если показывают обратное), и будут стремиться всех обратить в свою веру или подчинить. И у них нет уважения к европейской культуре (впрочем, как и ни к какой другой). Европа для них – просто расходный материал, место, где можно блаженствовать на всем готовом, при этом совершенно не уважая тех, за чей счет они это делают. Пользоваться благами, устанавливая свои порядки – для них это норма с точки зрения целей их религии. Звучит жестко, но, по большому счету, так оно и есть.
Конечно, подобная позиция свойственна не всем мусульманам. Когда я работала с арабскими студентами, у меня был замечательный студент из Сирии, очень религиозный товарищ, но понимающий Ислам глубоко, изучающий тексты Корана. Так вот он проповедовал ценности, очень близкие к христианским, осуждал терроризм и жестокость по отношению к другим народам. Но это было результатом именно вдумчивого изучения Корана, а не слепая, бездумная вера в слова такого же слепого и бездумного деревенского имама.
Однако кто в большинстве своем едет в Европу за лучшей жизнью? Разве светила ума? Конечно, нет. Едет недалекая беднота, не привыкшая думать. И, что самое страшное, понимающая только грубую силу и агрессию, привыкшая что-то делать и соблюдать правила не из понимания их необходимости, а из слепого страха перед наказанием. А Европа, как известно, строго наказывать не любит (что, кстати, хорошо показала ситуация с Брейвиком, но об этом далее). В итоге вот эта слепая арабо-африканская орда оккупирует Европу, навязывая свои правила и уничтожая европейскую культуру. А что делает Европа? Она вежливо молчит, как истинный интеллигент, который из-за своей чрезмерной воспитанности не может поставить на место хама, творящего беспредел на его глазах.
Украина пострадала от этого нашествия существенно меньше стран Европы, ибо пришельцам здесь особо нечего ловить. Однако тенденция прослеживается и у нас. В частности, рядом с моим домом находится один из наиболее крупных рынков города, и владельцы большого количества точек на нем – азербайджанцы. А наемные работники у них – украинцы. Особенности поведения выходцев из этой кавказской страны мало чем отличаются от поведения афро-азиатов в Западной Европе.
Пока государства вежливо молчат, среди народов зреет недовольство, выливающееся в профашистские лозунги и расовую ненависть. И это закономерно. Это как милицейский произвол в Украине привел к тому, что простые жители начали устраивать суды Линча. Так что появление Брейвика была в определенной степени предсказуемо, и, я думаю, что это только начало. Ведь не зря же его опус приобрел такую сумасшедшую популярность среди пользователей интернета, а сам Брейвик для многих стал чуть ли не супергероем.
На мой взгляд, единственный способ не допустить возрождение фашизма – это в каждой из европейских стран признать проблему на государственном уровне и, наконец, понять, что свобода и демократия, как это ни абсурдно звучит, должны быть в определенной степени избирательными.
Я задалась вопросом: что бы я сделала, будучи руководителем некоего европейского государства Н.? Ну, разумеется, это несколько оторванный от действительности план, но тут важно именно направление мысли.
Во-первых, я бы ввела в действие принцип «Н. для н-цев». Но не в этническом, а в культурном плане. То есть, если представитель другой культуры хочет жить в Н, то он должен придерживаться культурных традиций Н. и исповедовать его ценности. Свобода – это, конечно, хорошо, но на первом месте должны быть интересы собственного народа, как экономические, так и культурные. В связи с этим я бы, например, запретила ношение хиджабов. Хочешь его носить – езжай в свою мусульманскую страну, хочешь жить в Н. - одевайся как н-ц и мысли как н-ц. Также должен быть своеобразный социальный национализм. На конкретном примере это выглядит примерно так: европеец с его самосознанием считает для себя постыдным жить за государственный счет, поэтому он стремится не пользоваться государственным пособием, а идти работать. Афро-азиат (и, кстати, выходцы из СНГ тоже!) мыслит по-другому: для него пособие – это халява, которой можно пользоваться до бесконечности. И, я считаю, при формировании социальной политики эти ментальные особенности должны учитываться. Приезжие люди не должны использовать привилегии развитых стран как способ «что-то иметь, ничего не делая».
Во-вторых, собираясь эмигрировать в Н., иностранец задаешь себе вопрос: «Что я получу, приехав в эту страну?», а нужно, чтобы он задавал еще один вопрос: «Что Н. получит от моего приезда?» Возможно, это самый жесткий из пунктов, но я бы ввела правило, согласно которому приезжий афро-азиат должен в принудительном порядке что-то делать для страны Н. При этом он волен самостоятельно составить план помощи государству – это может быть участие в волонтерских или донорских программах, разработка каких-то экономических проектов, проведение научных исследований и т.д. Он должен приехать в Н. с уже разработанным планом помощи народу страны. И, главное, должен быть строгий государственный контроль выполнения этого плана. И только после его выполнения (план должен быть не на 2 месяца, естественно, а года на 3) приезжий товарищ должен получить право на приобретение гражданства.
Конечно, Европа этого не понимает, к сожалению. На примере уже неоднократно упомянутого Брейвика я увидела своеобразную слепоту европейцев. Они настолько привыкли к безопасности, что разучились предвидеть возможную угрозу.
Брейвик, безусловно, очень яркая и харизматичная личность. Он – прекрасный актер, который очень любит внимание и морально крепнет в кругу приверженцев. При этом я бы его назвала экспансивной личностью, которой важно нести в мир собственные представления, охватывать собой и своими идеями как можно больше пространства (что, кстати, роднит его с мусульманской культурой, которая тоже экспансивна).
Единственный способ не дать распространяться тому злу, которое несет Брейвик своими выступлениями и манифестами – это морально сломать его. Только не стремясь ни к чему и потеряв свою харизму, он перестанет влиять на неокрепшие умы европейских подростков. Что для этого нужно? Лишить Брейвика тех вещей, которые дают ему силы и уверенность в себе. Таких вещей три – комфортный быт, возможность заниматься интеллектуальной деятельностью и контакт с публикой. И вместо того, чтобы лишить Брейвика этого, норвежское государство, наоборот, снабдило его всем нужным для укрепления своих позиций. В частности, на 25 лет (если не ошибаюсь со сроком) поселило его в пятизвездочный гостиничный номер с самым лучшим обслуживанием, дало возможность учиться и читать, а также обеспечило контакт с миром – как при помощи интернета, так и на судебных заседаниях. Закончится это тем, что окрепший духом и телом, прекрасно отдохнувший и обучившийся Брейвик в 50 с небольшим лет выйдет из тюрьмы и разведет активную агитационную деятельность. А Норвегия в упор не замечает, что копает себе яму. Как и вообще Европа, потворствующая арабо-африканскому нашествию.